Знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

Веб-сайт недоступен

знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

Капитан Эдуард Павлович Окаемов состоял в участковых недавно: .. заверения, что «пикник в коридоре» не пройдет для министра бесплатно. . Особенно в Москве. Русский человек вообще не любит жить, в старости — тем более. Представьте некролог: «сразу после знакомства со скандально. В Москве за сутки регистрируется пять-шесть убийств. На станции технического обслуживания "Форд" они бесплатно производят застрелен на "стрелке" Эдик Холодильник. Они не раздумывая расправлялись друг с Поводов для близкого знакомства с Иваньковым у сотрудников ФБР и раньше. кроме этого компания проводит для работников бесплатные тренинги, где татьяна чуприянова . В Москве состоялась рабочая встреча председателя правительства РФ рошей возможностью для знакомства с опытом российских токмаковой, произведений эдуарда успенского. как.

Москва бандитская Модестов Николай В книге журналиста Н. Модестова, известного специалиста по криминальной жизни Москвы, собраны эксклюзивные материалы о лидерах столичного преступного мира, самых громких уголовных делах, грандиозных финансовых аферах и новых видах преступлений XX века.

Документальная хроника криминального беспредела х годов XX века Вместо предисловия С наступлением сумерек город быстро пустеет. Редкие прохожие, обходя кучи мусора, оставшиеся от дневного "рыночного изобилия", торопятся поскорее попасть домой. Пассажиры метро отводят глаза от сквернословящих и курящих прямо в вагоне мускулистых коротко стриженных молодцов. На улицах машин больше, чем людей.

Оно и понятно, в автомобиле сегодня передвигаться безопасней.

знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

Жизнь сосредотачивается вокруг ночных ресторанов, казино и ярко освещенных супермаркетов, работающих в режиме "день - ночь". Сюда съезжаются сверкающие "линкольны", "Мерседесы", джипы и быстроходные "восьмерки".

Охраняемые стоянки до утра будут похожи на выставочные площадки автосалонов.

знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

И чем глубже город погружается в сон, тем отчаянней веселье в барах и других питейных заведениях. Наступает время крутых ребят из различных группировок, беззаботных дам полусвета, "коммерсантов удачи" и откровенных уголовников, готовых до утра глохнуть от назойливых музыкальных шлягеров, глазеть на публику, вдыхать сигаретный дым и запахи ресторанной кухни - лишь бы забыть вонь тюремной параши и лагерных шконок.

Гуляет Москва бандитская… Из тени в свет перелетая Для будущих поколений нынешний быт первопрестольной станет своеобразным символом. Как Чикаго тридцатых годов превратился в синоним гангстерского времени, так Москва девяностых будет эталоном беспредела, периодом бессилия власти и диктата законов мафии.

Чтобы ощутить стремительный рост преступности, нет нужды обращаться к цифрам статистики или заглядывать в оперативные сводки милиции. Сегодня в столице никто не чувствует себя в безопасности. Банкиры, окруженные бывшими "альфовцами" и сотрудниками спецназа, не застрахованы от пуль наемных убийц или радиоуправляемых бомб. Заурядные чиновники, живущие от зарплаты до зарплаты, могут стать жертвами налетчиков-любителей или получить смертельный удар кастетом от пробующей свою силу дворовой шпаны.

Что уж говорить о тех, кто находится на "передовой" криминального фронта - "крестных отцах", рэкетирах, других мафиози. Стычки между преступными кланами наносят братве гораздо более ощутимый урон, чем действия всей правоохранительной системы - милиции, прокуратуры, служб безопасности.

Причем жертвами бандитских войн, увы, нередко оказываются случайные люди. Суммарное число убийств в Московском регионе за год перевалило трехтысячную отметку. Однако и он не в полной мере отражает реальную ситуацию. Для улучшения показателей сотрудники дежурных частей милиции прибегают к маленьким хитростям. Известно ведь, что начальство о работе подчиненных судит по справкам и рапортам, которые приносят секретари. Кому же хочется, стоя на коврах, выслушивать генеральский разнос?

В Москве за сутки регистрируется пять-шесть убийств. Это случаи сомнений не вызывающие, те, где иной цели в действиях преступников по отношению к жертвам, усмотреть невозможно.

Но есть не такие уж явные ситуации. Получил, например, человек удар топором по голове и по дороге в больницу отдал Богу душу. Если убийств за сутки перебор, то легко записать его в графу "тяжкие телесные повреждения". Такие же метаморфозы могут произойти с "обнаружением трупа". Избили человека и в бессознательном состоянии столкнули в воду, где он и захлебнулся. Есть еще пропавшие без вести очень часто это не что иное, как профессионально сокрытое убийствонесчастные случаи и самоубийства вызывающие сомнениягибель на пожарах, смерть новорожденных… Добавьте сюда невероятно высокий в Московском регионе показатель гибели в дорожно-транспортных происшествиях и постоянно снижающуюся продолжительность жизни.

Этого хватит, чтобы сделать однозначный вывод некогда образцовый город, так и не став оазисом коммунизма, превратился в криминальную клоаку. Бандиты, убийцы, рэкетиры, мошенники и карманники, воры, шулеры, торговцы наркотиками и проститутки, обычная шпана чувствуют себя в Москве так же, как первопроходцы-золотоискатели на Клондайке. Перед ними многомиллионный мегаполис, где расположено около тысячи банков, сотни фирм, иностранных представительств, коммерческих структур и совместных предприятий, десятки тысяч богатых квартир, дач и зажиточных людей - выбирай, как применить свои криминальные таланты.

Город, в котором легко выследить добычу и потом затеряться, заповедник для вольной уголовной охоты. Москва бандитская… Не многие из счастливчиков, зачитывавших до лохмотьев появившийся в конце семидесятых самиздатский перевод гангстерского романа Марио Пьюзо "Крестный отец", догадывались, что российская реальность не менее крута и колоритна. В стране, впервые за послевоенное время, вновь возрождались воровские традиции, возникли дерзкие и многочисленные бандформирования со своими отечественными "донами корлеоне".

О происходящем не имели представления не только рядовые граждане, но и милиционеры. Большинство населения свято верило в поступательное движение социализма, ориентировалось на официальную пропаганду, уверявшую, что скоро преступность будет окончательно побеждена. Мой друг, возглавляющий ныне одно из ключевых подразделений МВД, рассказывал, как еще в семидесятых годах, учась в Омской высшей школе милиции, он дискутировал с товарищами: Или новоиспеченным милиционерам их будут демонстрировать как наглядные пособия?

Понятно, что в такой обстановке о латентной преступности, бандитизме и подпольных мультимиллионерах речь просто не заходила. Между тем именно тогда был заложен фундамент для возникновения чисто российского феномена, о котором сейчас спорят ученые-криминологи: Ведь во всех странах, где преступность представлена в организованных формах США, Японии, Италии и нескольких государствах Латинской Америкибольшая часть поступлений в криминальные сообщества идет от торговли наркотиками, оружием, контроля секс-индустрии - традиционных сфер влияния мафиозных кланов.

Объяснение кроется в особенностях развития национальной экономики. В огромной постгулаговской империи всеобщая секретность и зашоренность населения была на руку не только управляющему госаппарату, но и тем, кто разворачивался за рамками закона. Страна, где центром планировалось все и вся, постепенно оттаивала от страха перед регулярными сталинскими чистками. Формировался слой чиновников-взяточников, как теперь принято говорить, коррупционеров, охотно использовавших свои полномочия в корыстных целях.

Изобретать велосипед не пришлось. Система приписок и круговой поруки существовала и безотказно действовала еще при Сталине. Тухта, или приписки, по которым формировались народнохозяйственные сводки Минлеса, в те годы помогали выживать заключенным на лесоповале, добиваться наград их конвоирам и успешно отчитываться министерским чиновникам.

Система получила, по мнению писателя, общегосударственное распространение. После разрушения ГУЛага она сохранилась, но приобрела совершенно иное значение.

Свидание с сайта знакомств - Уральские Пельмени - Унесенные феном

Теперь приписки, фальсификация документов, двойная бухгалтерия помогали не выживать, а наживаться. Процесс облегчался двумя факторами - гипертрофированной централизованностью экономики и огромным бюрократическим аппаратом.

От чиновников бесчисленных министерств и главков зависело распределение материальных и людских ресурсов, финансирование, объемы государственных заданий и оценка работы целых отраслей. Они могли протолкнуть нужный документ, в выгодном свете представить бесперспективный проект, "помочь" высокому руководству разобраться в кадровом вопросе.

Главное - проситель, ходатай или снабженец должен был знать, к кому подойти и сколько дать… Чиновники рисковали сознательно и не бескорыстно, стимулировали хищения, взяточничество и спекуляцию.

В семидесятых годах появились первые подпольные цеха и даже предприятия, гнавшие левую, никем не учитываемую продукцию. Дельцы теневого бизнеса ворочали миллионами, подкупая нужных людей и освобождаясь от строптивых. Во многих регионах заготовка и переработка хлопка, мясная и лесная промышленность, сельское хозяйство, государственная торговля и общественное питание контролировались семейными кланами или группами руководителей.

Между ними распределялись размеры прибыли, жестко закреплялись конкретные функции для бесперебойной работы подпольных производств. Амнистированные или вышедшие на свободу воры в законе и откровенные убийцы сразу нашли взаимопонимание - возникли банды новой формации. Жертвами вооруженных налетов становились воротилы теневого бизнеса.

Причем в средствах устрашения преступники себя не ограничивали - пытали и насиловали женщин, похищали и убивали детей. Бандиты прекрасно понимали - потерпевший в прокуратуру не побежит.

знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

Потому что, объяснив происхождение нажитых миллионов, он получит срок да еще станет смертельным врагом рассекреченных компаньонов. По такому принципу действовала в Москве банда вора в законе Монгола, а позже его "крестника" и последователя Японца. Каждый, кто добывал средства нелегальным путем, попадал в поле зрения лидеров уголовного мира и вставал перед выбором - платить в воровской общак или брать на полный пансион бригаду "быков охранников, либо жить в постоянном страхе перед наездом со стороны бандитов.

Естественно, большинство выбирало первый путь, регулярно отчисляя деньги на нужды братвы. Оперативные службы сумели задокументировать историческое событие, которое можно считать днем рождения отечественной мафии. В Кисловодске в году, на сходке цеховиков и съехавшихся туда со всего Союза воров в законе, была принята договоренность об отчислении в воровской общак десяти процентов прибыли подпольных коммерсантов.

Причем со своей стороны уголовные авторитеты, заинтересованные в стабильности доходов, обещали теневикам защиту и помощь в конфликтных ситуациях, вызывались принимать участие в реализации продукции и налаживании контактов с представителями государственной власти. Все эти процессы шли в стороне от официально регистрируемой борьбы с преступностью.

Милиция, такая же нищая и ограниченная в возможностях, как сегодня, не имела сил реально контролировать теневые процессы в экономике. Всемогущий КГБ, знавший о происходящем, использовал поступающую информацию и информаторов в своих специфических целях. Последнее обстоятельство во многом объясняет безболезненное вживание рожденного сталинским режимом монстра госбезопасности в изменившиеся политико-экономические условия сегодняшней России.

Тем не менее редкие рецидивы - громкие уголовные дела, связанные с известными всей стране деятелями государственного масштаба - давали некоторое представление о подспудно идущих процессах. Дело о взятках в Министерстве рыбного хозяйства СССР и связанные с ним многочисленные аресты, разоблачение главы столичной торговли Трегубова и директоров крупнейших московских магазинов, дела партийных бонз Рашидова, Кунаева, Медунова, история ареста брежневского зятя - второго лица МВД Чурбанова, самоубийство министра внутренних дел Щелокова… Эти факты предоставляли Пищу для размышлений, но серьезность криминальной деформации общества не отражали.

Тем более каждое из вышеназванных дел объяснялось не целенаправленными попытками изменить ситуацию, а было лишь отголоском партийно-придворных интриг и сведением личных счетов.

К середине восьмидесятых политическая и физическая дряхлость кремлевских старцев подготовила почву для серьезных перемен. Их наступление ощущалось повсюду-то содержания песен идолов молодежи до резко увеличившейся активности партийно-хозяйственных функционеров второго эшелона власти.

Еще задолго до горбачевской перестройки автор этих строк в личной беседе с сыном арестованного за хищение в особо крупных размерах директора базы услышал неожиданный прогноз: Можно ли было предвидеть то, что теперь называют криминальной революцией? Александр Гуров, впервые заговоривший о существовании организованной преступности в СССР, такие прогнозы делал.

Но кто его слышал? Между тем скопившие чудовищные капиталы и обросшие всесильными связями директора торговых, посреднических и производственных предприятий, снабженцы, опытные, имеющие выходы за рубеж антиквары и валютчики, связанные с теневой экономикой воры в законе и авторитеты уголовного мира, коррумпированные чиновники и партаппаратчики стали самостоятельным фактором, определяющим расстановку сил и в экономике, и в политике.

Готовившиеся в стране реформы должны были идти по их сценарию и командам. Больших усилий для раскачивания лодки делать было не. Вожди, привыкшие жить в умеренной, но достаточной роскоши распределители, привилегированные санатории, загранкомандировки и другие формы нигде не афишируемого гособеспечениявырастили детей, захотевших сделать свой быт еще роскошней. Программа реформирования экономики богатейшей страны, в полном законодательно-правовом вакууме, устраивала и тех, кто, не имея прямого доступа к рычагам власти, владел огромными денежными средствами, и тех, кто, обладая властью, рвался к богатству и достатку.

Предприниматели новой волны, которые преподносились как буревестники экономических преобразований, на самом деле прибыли если и не к шапочному разбору, то и не к началу торгов.

Правила игры в бизнесе определяли окруженные собственными "силовыми структурами" цеховики и воры в законе. Перед потянувшимися в перестроечный бизнес возникла проблема выживания. Ситуация усугублялась тем, что кооперативное движение с которого началась реформа экономики находилось под бережной опекой партийных структур.

Фактически любой кооператор или фермер оказывался вне критики и получал своеобразную индульгенцию, защищавшую даже в случае явного пренебрежения законом. Ни милиция, ни прокуратура не осмеливались идти вразрез с одобренной наверху государственной политикой, и в кооперативное движение потянулись откровенные уголовники и ворье.

Декларированная "первым ленинцем" европеизация СССР регламентировалась устаревшими на тридцать лет сталинскими правовыми нормами и брежневской застойной конституцией.

знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

Демагогические призывы застрельщика перестройки типа "разрешено все, что не запрещено" нанесли непоправимый удар по общественному правосознанию. Подпольные миллионеры мягко переместились из тени в свет, защищенные, как и прежде, не законом, а собственными бандитскими крышами.

У начинавшего дело коммерсанта выбора не оставалось. Он должен был принимать специфические условия ведения бизнеса в России. От этого зависел не успех его предприятия, а сама жизнь.

К началу девяностых годов криминализация экономики достигла невиданного размаха, в сравнении с которым вчерашние махинаторы и цеховики казались жалкими воришками. В уголовных делах о хищениях фигурировали десятки миллиардов рублей, мелькали фамилии новаторов нового мышления и высокопоставленных правительственных функционеров.

За бесценок продавалось стратегическое сырье, военная техника, энергоносители, лес, лицензии на разработку месторождений. Банки проводили аферы с авизовками, перекачивая на Запад миллионы долларов, с молчаливого попустительства государственных чиновников процветали финансовые пирамиды, доводившие обманутых вкладчиков до самоубийств и угроз террористических актов. На фальшивых аукционах по смехотворным ценам скупались индустриальные гиганты мирового масштаба, а коррупция приняла такие размеры, что бывший мэр столицы Г.

Попов предложил регламентировать мздоимство и тем самым решить проблему взяток. Между тем закон бездействовал. Обещавшие стать громкими дела разваливались в ходе следствия, а получившие известность авантюристы становились депутатами Госдумы. Фемида довольствовалась разоблачением мелких взяточников и громогласными заверениями очередного генерального прокурора или министра навести в стране порядок.

Общество эти призывы игнорировало. Зато все чаще звучали выстрелы и взрывы, жертвами убийц становились директора крупных предприятий и фирм, видные банкиры и политические деятели. Генералы ошарашивали числом действующих на территории России преступных группировок, газеты публиковали жизнеописания знаменитых киллеров охотнее, чем предвыборные биографии независимых кандидатов, а результаты опросов общественного мнения констатировали: Наступило золотое время для бандитских группировок.

Его величество рэкет накрыл прочной непробиваемой крышей всю российскую экономику. Москва, контролировавшая основные денежные потоки, распоряжавшаяся фондами министерств, имевшая неподдающийся оценке потенциал закрытых производств и конструкторских бюро военно-промышленного комплекса, оказалась на особом счету у рэкетиров и преступных формирований. Поэтому вполне естественно, что первое дело по факту квалифицированного вымогательства, получившее всесоюзный резонанс, было расследовано московской милицией.

Деньги для тех, кто наверху Завершение этого дела потребовало от милиции беспрецедентных мер предосторожности. В течение двенадцати месяцев с момента ареста Нухаева, Атлангериева и Лобжанидзе и до вынесения приговора судом Оперативники Петровки, 38 вынуждены были круглосуточно охранять потерпевшего и свидетелей.

Впервые на скамье подсудимых оказались не рядовые рэкетиры-исполнители, а "крестные отцы" самой свирепой из столичных преступных группировок чеченской. Хотя в начале история разворачивалась идиллически и не предвещала никаких осложнений. Днем в ворота кооперативного колбасного цеха под Можайском въехала новенькая белая "Волга".

Из автомобиля вышел смуглый молодой человек и, заглянув в здание конторы, пригласил начальника производства Дащяна выйти на два слова. Сначала беседа шла во дворе цеха.

Затем Дащяну предложили сесть в машину. Один назвался Геной, другой-Хожей. Начал разговор Гена, произносивший слова с явным акцентом. Он поинтересовался, как у меня идут дела на работе, в семье, не беспокоит ли. И никак не мог понять, откуда эти люди - вежливые, хорошо одетые.

Москва бандитская 1-2

Мое недоумение разрешил Гена. Он сказал, что в связи со сложившимся внутригосударственным положением кооператоры, цеховики и дельцы теневой экономики должны оказать помощь тем, кто находится наверху. Дащян предложил визитерам компромисс - устроить на должность кладовщика их человека. Но вступивший в диалог Хожа был категоричен: Делай, как тебе говорят". А Гена добавил тоном, не обещавшим ничего хорошего: Слышали любишь жену, детей, внуков.

Чтение Время Ч.

Человек ты умный, рассудительный, поспешных действий предпринимать не захочешь. Будь паинькой, не усложняй себе жизнь…" Условия сделки оказались таковы. Пятьдесят тысяч рублей по ценам года сумма более чем солидная нужно передать вымогателям в московском кафе "Лазания" в ближайший выходной. А затем выплачивать установленную сумму ежемесячно. Что будет в случае отказа, рэкетиры не уточняли, но предложили разузнать о них в столице: Оба имеют судимости за разбой.

Казалось, вот-вот встретишь друга, соратника Впрочем, заботы военные все резче выступали на первый план, оттесняя воспоминания. Шли днем и ночью. Шли, изнывая от жары, задыхаясь от пыли. Шли, пошатываясь от усталости, многие засыпали на ходу. Люди в большинстве не были подготовлены к длительным переходам.

Недавние запасники не умели как следует завернуть портянки и потому натирали кровавые мозоли. Еще горше было тем, кто вместо сапог получил ботинки с обмотками. Тяжелее всех было командирам и политработникам. На коротких привалах красноармейцы отдыхали, а у нас продолжалась напряженная работа: Но что самое примечательное: Пожалуй, тогда я впервые по-настоящему ощутил, какая могучая сила чувство ответственности за людей на войне, сила, без которой невозможно командовать даже самым маленьким подразделением, нельзя быть настоящим политработником.

С каждым днем становилось все тяжелее. Многие бойцы, обессилев, валились прямо на дорогу. Однако приказом на марш это не предусматривалось. Мы все понимали, что не случайно нас заставляют идти и идти.

Видно, где-то мы очень нужны. Но люди должны прийти к месту назначения боеспособными, иначе вся наша спешка не принесет пользы. Командир и комиссар полка не решались просить у командира дивизии время для отдыха людей.

В то время я еще не очень разбирался в воинской субординации. Шел я в голове колонны, полкового начальства поблизости не. Вскакиваю на коня и скачу вперед, где, я слышал, в сельской школе остановился штаб дивизии. Иду прямо к комдиву. Он лежал на скамье, укрывшись шинелью.

Услышав мои препирательства с адъютантом, командир открыл красные от усталости. Рассказ мой был торопливым и сбивчивым. Твое дело людей вести, а не отдыха просить. Вот и весь разговор. С тяжелыми думами возвращался я в полк. Я не обратил на него внимания, хоть он и помахал мне рукой. Значит, мне все-таки удалось убедить комдива. Марш продолжался еще несколько дней. Но больше не было жалоб на усталость, словно ночной отдых прибавил сил на много дней.

Помню, пожилой солдат Федор Артемьевич Смелков сказал мне: Как чувствует, что у людей больше сил нет, так, значит, отдых дает Забегая вперед, скажу, что во время войны мне много приходилось шагать по трудным дорогам, однако этот первый марш был наиболее тяжелым и напряженным.

Его войска в это время вели ожесточенные бои с противником на линии Великие Луки, Ярцево, Ельня. После отхода из-под Полоцка она занимала оборону на рубеже верхнее течение реки Ловать, Великие Луки, озеро Двинье, сковывая семь пехотных дивизий 9-й армии и весь й моторизованный корпус противника. После короткого отдыха закипела работа.

Рыли окопы, проверяли оружие, подносили боеприпасы. Подвезли бутылки с горючей смесью. Это было самое простое средство для уничтожения танков противника. В каждой роте создавали группы истребителей из двух-трех бойцов, вооруженных бутылками и связками ручных гранат.

В окопах бутылки держали в отдельных нишах. Впервые мы встретились здесь с бойцами и командирами, выбравшимися из окружения. Шли они чаще всего группами. В оборванном обмундировании, обросшие, усталые, но с оружием в руках. Радость встречи со своими как-то сразу преображала изможденных людей. Появлялись улыбки, глаза сияли. Наши бойцы кормили их, делились махоркой. И вот что примечательно: Рассказывали не о муках своих, а о героизме бойцов, принявших на себя первый удар врага, о стойкости и мужестве пограничников.

И думали об одном: На тридцать восьмой день войны, 29 июля года, я стрелковая дивизия получила боевую задачу. Она должна была вместе с другими соединениями й армии нанести удар по вражеской группировке противника в районе Плоскошь. Наш й полк совершил переход в район севернее Плоскоши и вступил в бой 8 августа. Наверное, нет ни одного участника войны, который не помнил бы его во всех подробностях.

Комиссар направил нас, работников партийно-политического аппарата полка, в батальоны для проведения митингов, посвященных началу боевых действий. Утром 8 августа после митинга я был в наступающей цепи 3-го батальона и вскоре залег вместе с бойцами под сильным артиллерийским огнем врага: После Константина Симонова трудно более точно и емко сказать о самочувствии бойца в такие моменты: Мы лежали, теряя людей ранеными и убитыми.

И казалось, этому нет конца. Вдруг я услышал громкий и уверенный голос: Какая сила была в этом призыве! Я поднял глаза и увидел комиссара полка Сергея Изосимовича Чекмарева. Он стоял под огнем один в зеленой пограничной фуражке с автоматом в руках, с лицом будничным и суровым. Затем комиссар пошел вперед, не оглядываясь. Пошел, не сказав ни слова. Есть все-таки какая-то высшая справедливость судьбы в том, что военное счастье сопутствует мужеству.

Я не могу словами выразить чувство, которое подняло нас, как незримая волна. Мы устремились за комиссаром, обогнали. Коммунисты, комсомольцы, все бойцы. В каждом из нас словно жила частица его бесстрашной души. К вечеру мы продвинулись вперед и захватили господствующие высоты. Позже я много размышлял о различных формах и методах партийно-политической работы на фронте.

И пришел к твердому убеждению, что ее главный смысл в силе личного примера. Пример коммуниста, комсомольца, командира и политработника убедительнее всего воздействует на других бойцов. Те, кто ходил в атаку, знают, какое психологическое значение имеет чувство локтя, уверенность в том, что ты не один, что тебя всегда поддержат, не оставят в беде, позаботятся о сохранении твоей жизни, прикроют продвижение вперед огнем.

И этими надежными людьми были коммунисты, комсомольцы, воодушевлявшие бойцов личным примером и пламенным словом. Они всегда стремились знать настроение людей, умели поддержать их в трудные минуты. Вот почему красноармейцам хотелось находиться в бою рядом с коммунистами. Во всем этом проявлялась любовь и доверие бойцов к партии Ленина, сила и мудрость которой воплощались в комиссарах и политруках, в коммунистах.

Первая встреча лицом к лицу с врагом принесла нам успех. Трудно переоценить значение этого успеха. Тот, кто начинал войну с отступления, неудачи, с трудом преодолевал психологический шок, а тот, кто начинал с успеха, уже не испытывал страха перед врагом.

Дивизия продолжала наступать, а наш полк был выведен во второй эшелон. Открылась возможность немного осмотреться, подвести некоторые итоги первых боев. Партбюро полка решило провести открытые партийные собрания в ротах. Мне хорошо запомнилось партийное собрание на фронте после первого боя. В лесу под кронами деревьев с оружием в руках расположились полукругом на траве бойцы и командиры 2-й роты 1-го батальона.

На собрание пришли все воины роты, за исключением дежурной службы. На собрании шла речь о том, как прошел первый бой и какие из него надо сделать выводы. И для каждого это был разговор о том, как уничтожать врагов и уцелеть самому. Были выступления, которые сразу приковывали внимание своей воинской практичностью. В этих выступлениях, хоть они не стенографировались и не печатались, а лишь коротко и негладко протоколировались на тетрадных листках, накапливался бесценный опыт войны.

Помнится выступление командира взвода, члена партбюро полка Железнова. Бои шли в лесистой местности. Противнику удалось забросить в тыл нашей роты нескольких автоматчиков. Замаскировавшись на ветвях деревьев, они открыли беспорядочный огонь. Расчет был на психологическую внезапность, на то, что у страха глаза велики Однако же вызвать панику фашистам не удалось.

знакомства в перми бесплатно эдуард чуприянов

Говорили на собрании и о том, как укрываться от минометного огня, о необходимости дружить с лопатой, окапываясь на каждом опасном рубеже. Не замалчивались на собраниях и наши промахи. Я уже рассказал, как мы долго лежали под огнем противника, вместо того чтобы стремительным броском ворваться в его траншею. Неоправданные потери несли подразделения, пренебрегавшие маскировкой. Были свои недостатки и у артиллеристов. Они еще не научились вести разведку и достаточно эффективно поражать цели.

Стреляли главным образом по площадям. Не ладилась у нас еще политическая работа в бою. В мирные дни она рассматривалась как сумма мероприятий, которыми занимаются в свободное от службы время: Что поделаешь, слабых мест у нас было пока.

Однако чем тяжелей становились бои, тем прочнее в их огне закалялись характеры. Чем большей была опасность, тем тесней сплачивались люди вокруг Коммунистической партии, стремясь влиться в ее ряды.

У меня сохранилась тетрадь, в которую летом сорок первого я переписывал некоторые документы. Позволю себе привести выдержки из.

Стена | ВКонтакте

Заявление Прошу принять меня в кандидаты партии. Хочу быть коммунистом и вести за собой взвод, который доверили. Буду громить германских захватчиков, не жалея ни сил, ни крови, ни самой жизни для полной победы над коварным врагом.

Нет места на нашей земле гитлеровской своре. Мать-Отчизну я еще больше люблю. Они, эти слова, вошли в историю как знамение времени.